На Лазурном берегу состоялась премьера нового фильма документалиста Сергея Лозницы «Вторжение». По словам режиссера, картина является идейным продолжением его предыдущей работы «Майдан», увидевшей свет десять лет назад. Как можно понять по названию, новая лента покажет Украину после начала полномасштабного российского вторжения. 

Кинокритик Ораз Керейбаев уже посмотрел громкую документальную работу Лозницы в Каннах и теперь рассказывает, о чем этот фильм.

Автор Oraz Kereibayev

 

Сюжет

Сразу следует сказать, что сюжета как такового во «Вторжении» нет. Точно также нет там и главных действующих лиц. Вместо этого есть многогранный портрет сегодняшней Украины (во всяком случае той части, где не идут активные военные действия). За два с половиной часа Лозница показывает нам серию продолжительных отрывков из жизни граждан, которые создают новую нормальность в совершенно ненормальном мире. К примеру, выделяется момент, где преподавательница школы рассказывает ученикам о народных героях Украины. После этого дети поют национальный гимн. Но урок прерывается воздушной тревогой, которую здесь буднично объявляет работница учреждения, медленно совершая обход по кабинетам. Дети привыкли к сиренам. При выходе из здания зрители слышат, как одноклассники радуются тревоге, ведь теперь они могут прогулять занятия. 

Из схожих эпизодов состоит вся работа Лозницы «Вторжение». Казалось бы, на первый взгляд эти маленькие истории мало чем связаны между собой, и единственное, что их объединяет — это локация и боль. Однако при более внимательном рассмотрении можно понять, что документалист создает смыслы за счет монтажа. Так, ближе к концу фильма нам показывают кадры заброшенного здания. Режиссер во всех деталях рассматривает сооружение, чтобы погрузить зрителя в атмосферу. В этот момент так и хочется спросить: «А что будет дальше с этим и тысячами подобных ему заброшенных или разрушенных сооружений?». Лозница отвечает, перенося нас в некую деревню, где пожилая женщина кладет кирпичи друг на друга, медленно отстраивая стену. Конечно, эти два эпизода никак не связаны, но в голове у зрителя может родиться своего рода сюжет, в котором Украина сможет выстроить себя заново после окончания войны.

 

Фото: Festival de Cannes

 

Документальное кино об Украине

Говоря о «Вторжении», невозможно не упомянуть другие работы на схожую тему. С началом полномасштабных военных действий со стороны России множество документалистов из Украины и других стран начали снимать фильмы, где исследуются различные аспекты войны. Тут можно вспомнить и жестокую «Свободу в огне» Евгения Афинеевского, чья премьера состоялась на фестивале в Венеции в 2022 году, и оскароносную ленту «20 дней в Мариуполе» Мстислава Чернова, и даже нелепейшую поделку вечно пьяного Шона Пенна, берущего интервью у Владимира Зеленского в «Суперсиле». 

Теперь в этом списке оказалось и «Вторжение». Но эта картина разительно отличается от ранее названных примеров, ведь режиссер фокусируется на ежедневных проблемах жителей, а не на непосредственном ужасе войны. Более того, работа Лозницы старается никак не вмешиваться в естественный ход вещей, а лишь наблюдает за повседневными событиями в стране. В этом смысле «Вторжение» более всего походит на другую ленту документалиста — «Майдан». Тогда режиссер жил вместе с протестующими, снимая их борьбу с действующим режимом. Параллели между этими двумя картинами прослеживаются сразу, да и сам Лозница назвал их своим диптихом.

 

Фото: Festival de Cannes

 

Так в чем же вторжение?

Смотря длиннющую картину Лозницы, зритель быстро ловит себя на мысли, что того самого масштабного вторжения режиссер на экране не показывает. Вместо этого он предпочитает поговорить о постоянном чувстве страха, своего рода вторжении в каждую сферу жизни украинцев — будь то школа, ЗАГС, больничные учреждения, городские мероприятия или рождение ребенка. Везде на фоне слышна война. Иногда это показано через визуальные образы, как в сцене бракосочетания, где мужчина одет в военную форму. Иногда у вторжения есть звук, выраженный в виде неожиданной сирены, прерывающей купание в озере. А иногда вторжение приобретает вполне физическую форму в виде солдатских гробов.

Смерть военных — это одна из линий, пронизывающих всю картину Лозницы. Сначала мы видим сцену похорон в продолжительном прологе к фильму. Этот эпизод встречи со смертью, начинающий «Вторжение», можно прочитать как метафору на начало войны, принесшее гибель в Украину. Схожую церемонию показывают еще несколько раз, завершая ленту кадрами постеров с именами погибших солдат, развешанных по Киеву. Кадры сменяются анонсом речи президента и толпой людей, гуляющих по городу и отмечающих День независимости Украины. Возможно, этим Лозница пытается сказать, что люди будут помнить жертвы войны еще много лет, и что в итоге независимость и свобода восторжествуют.

 

Фото: Festival de Cannes

 

Русская культура 

Еще один запоминающийся момент фильма, который обязательно породит немало споров — эпизод со сдачей русской литературы в макулатуру. Фильм пошагово демонстрирует, как жители приносят книги российских авторов в специальные пункты сбора. Одна из девушек даже спрашивает: «Куда российскую культуру класть?». Ей спокойно указывают на кипу других книг, лежащих в углу. В тоне девушки уже чувствуется сравнение этих книг с мусором. Далее все принесенные материалы собирают специальные машины и отвозят на завод по переработке бумаги. Путь этих книг заканчивается на конвейере, где их методично сплющивает в бесформенную кучу. Конечно, параллели между отказом от книг и отменой всей русской культуры более чем очевидна. А вот осуждает или поддерживает Лозница эту идею — каждый зритель должен будет сам понять для себя.

 

Фото: Festival de Cannes

 

Вывод

«Вторжение» Лозницы — это обнадеживающее кино, в котором чувствуется боль режиссера и его желание увидеть более сильную Украину, заново построившую себя на обломках войны. Операторская работа Евгения Адаменко и Петра Павлюса впечатляет, ведь они умудряются соблюсти дистанцию между зрителем и объектами, но при этом погрузить публику в атмосферу происходящих событий. Тем не менее стоит отметить, что некоторые метафоры фильма, как тот же эпизод с книгами и культурой, выглядят крайне просто и не несут в себе поистине глубоких идей. Поэтому «Вторжение» может прийтись по вкусу аудитории, активно интересующейся темой войны в Украине и любящей документальные фильмы-наблюдения. Но у массовой публики этот фильм, несмотря на поднятые проблемы, скорее вызовет скуку.

 

   

Обложка: Festival de Cannes