Инклюзия, доступная среда и равные возможности — это важные концепции, которые все чаще обсуждают в нашей стране. Но существуют ли они на практике для людей, которые не видят или не слышат? Мы поговорили с двумя жительницами Усть-Каменогорска. Они рассказали, с какими трудностями сталкиваются каждый день, что помогает им оставаться самостоятельными и чего больше всего не хватает городу.

Текст Дана Баширова

Редактура Никита Шамсутдинов

 

Анастасия, 

42 года, фасовщица

Я живу в Усть-Каменогорске вместе с мужем и двумя детьми. Слух потеряла еще в раннем возрасте, поэтому привыкла жить в мире, где многое приходится воспринимать иначе. В целом жить в городе мне комфортно. Я работаю, занимаюсь семьей, решаю бытовые вопросы. Но есть вещи, которые здорово усложняют жизнь людям с нарушением слуха. Самая большая проблема — это коммуникация с миром. 

Например, часто важная информация передается только устно. Большинство людей этого не замечает, но я могу просто не получить нужную информацию. Особенно сложно бывает в больницах и банках. Там нужно обсуждать серьезные вопросы, понимать детали, задавать уточняющие вопросы. Иногда я прихожу и понимаю, что без помощи другого человека мне будет сложно разобраться.

Бывали случаи, когда из-за отсутствия сурдопереводчика мне приходилось откладывать решение вопроса. Иногда приходилось просить помощи у родственников или знакомых. А бывало даже так, что я брала с собой детей, чтобы они помогли мне общаться в государственных учреждениях.

Конечно, хочется быть самостоятельной. Я взрослый человек, у меня семья, работа. Но иногда система словно напоминает тебе, что без посторонней помощи обойтись сложно. 

Когда нужно объясниться с незнакомыми людьми, я обычно использую телефон. Переписываемся сообщениями или заметками. Иногда помогают простые жесты. К счастью, большинство людей относятся с пониманием. Если человек видит, что ты не слышишь, он старается помочь.

Но проблема в том, что доброжелательность людей не должна заменять доступную среду. Например, в государственных учреждениях редко встречаются сотрудники, которые знают жестовый язык. На мой взгляд, таких специалистов в городе очень не хватает. Если бы они были хотя бы в больницах, ЦОНах и других важных учреждениях, жизнь многих людей стала бы намного проще.

Есть и другая проблема — отсутствие текстового сопровождения информации. Особенно это заметно на вокзалах. Когда объявляют посадку на поезд, изменение платформы или другую важную информацию, услышать это я не могу. Приходится постоянно следить за окружающими, спрашивать людей или искать информацию через телефон. Мне кажется, что крупные текстовые табло с понятными объявлениями помогли бы очень многим людям.

Еще одна вещь, с которой приходится сталкиваться, — стереотипы. Некоторые считают, что если человек не слышит, значит ему трудно учиться, работать или общаться. Но это совсем не так. Мы работаем, воспитываем детей, строим карьеру и живем обычной жизнью. Главная проблема заключается не в нарушении слуха, а в том, что вокруг до сих пор недостаточно возможностей для доступного общения.

Я уверена, что несколько простых вещей изменили бы ситуацию. Необходимо увеличить количество специалистов по жестовому языку, ввести текстовое сопровождение объявлений, развивать онлайн-сервисы и обучать сотрудников госучреждений работе с людьми с нарушениями слуха. Это не сложные технологии будущего, а то, что может сделать жизнь тысяч людей намного проще уже сегодня.

 

 

Асем, 

36 лет, преподаватель цифровых навыков для незрячих и слабовидящих

Я тотально незрячая, у меня первая группа инвалидности по зрению. Работаю преподавателем цифровых навыков для незрячих и слабовидящих людей. Кроме того, обучаю вязанию из плюшевой пряжи.

Многие удивляются, когда узнают, насколько активно сегодня незрячие люди пользуются технологиями. Но Казахстану в этом плане можно дать очень высокую оценку. Цифровизация — это, наверное, лучшее, что произошло для людей с инвалидностью за последние годы. 

Я могу самостоятельно получить справку через eGov, оформить документы, записаться к врачу, посмотреть результаты анализов, воспользоваться банковскими услугами, оплатить коммунальные счета или заказать доставку продуктов. Все это доступно без помощи зрячего человека. Также я пользуюсь несколькими банковскими приложениями, и все они доступны. Могу перевести деньги, оплатить услуги, совершить покупки, заказать товары через маркетплейсы. 

Многим это покажется обычными вещами, но для незрячего человека самостоятельность имеет огромное значение. Поэтому, когда речь заходит о цифровой доступности, мне действительно хочется похвалить Казахстан.

Впрочем, как только ты выходишь из дома, начинаются другие проблемы. Передвигаться по городу полностью самостоятельно очень сложно. Для поездок на работу я пользуюсь услугой инватакси. Если нужно посетить больницу, госучреждение или решить личные вопросы, мне помогает индивидуальный помощник. Для незрячих людей такая услуга является необходимостью — без нее многие из нас просто сидели бы дома. А благодаря ней мы можем работать, учиться, посещать мероприятия, встречаться с друзьями и жить обычной жизнью. 

Главная проблема заключается в том, что городская инфраструктура все еще плохо адаптирована для незрячих людей. У нас практически нет тактильной навигации, не хватает звуковых светофоров, а многие улицы и общественные пространства не имеют ориентиров, которые помогали бы безопасно передвигаться.

Также большой проблемой остается общественный транспорт. К сожалению, автобусы и трамваи практически недоступны для незрячих пассажиров. В салонах не объявляют остановки, а на самих остановках невозможно понять, какой автобус подъехал. Решить эти проблемы достаточно просто — и в этом случае незрячие люди могли бы пользоваться транспортом значительно увереннее. 

Есть и другие препятствия. Неправильно припаркованные автомобили, которые стоят прямо на тротуарах, электросамокаты, оставленные посреди дороги, ямы, выбоины, огромные лужи после дождей.Для зрячих людей это просто неудобства, а вот для незрячих — вопрос безопасности.  

Отдельно хочется сказать про светофоры со звуковым сопровождением. Там, где они работают, действительно проще передвигаться. Такой светофор становится ориентиром. Ты понимаешь, где находится переход и в каком направлении нужно двигаться. Каждый такой объект делает город немного доступнее.

Я поздно потеряла зрение, поэтому хорошо знаю Усть-Каменогорск и могу самостоятельно ориентироваться в старых районах, таких как Центральный рынок и библиотека имени Пушкина. Но сейчас я живу в новом районе, который активно застраивается — вокруг стройки, новые дороги, новые объекты. В нем без посторонней помощи ориентироваться гораздо сложнее.

Иногда меня спрашивают, что я хотела бы изменить в городе. Наверное, я бы начала с самых простых вещей: озвучивания общественного транспорта, установки тактильной навигации, большего количества звуковых светофоров и безопасных тротуаров. Дело в том, что доступная среда нужна не только людям с инвалидностью. Она нужна пожилым, родителям с колясками, людям после травм и вообще всем горожанам. Город становится удобным тогда, когда им могут пользоваться все.

Еще одна проблема, о которой редко говорят, — это отношение окружающих. Меня очень расстраивает, что многие люди просто не понимают, как взаимодействовать с незрячими людьми. Это создает странные ситуации. Например, люди могут стоять рядом и обсуждать меня так, будто меня нет: «Смотри, слепая идет», «Интересно, как она живет?». Им кажется, что раз я не вижу их, значит еще и не слышу. 

Когда я прихожу в какое-нибудь учреждение вместе с индивидуальным помощником, сотрудники часто начинают разговаривать не со мной, а с ним: «Она подпишет документы?», «Она сможет заполнить заявление?», «Она понимает?». Все это говорят сопровождающему, хотя я стою рядом. В такие моменты я спокойно объясняю, что сама могу разговаривать, отвечать на вопросы и подписывать документы. И обращаться нужно ко мне, а не к помощнику. 

Я уверена, что люди делают это не со зла. Просто многие никогда не сталкивались с незрячими людьми и не знают, как правильно себя вести. При этом я замечаю, что молодое поколение сильно отличается — дети и подростки спокойнее относятся к людям с инвалидностью, для них это обычная часть жизни. Они не боятся задавать вопросы, не сторонятся. Мне кажется, это результат того, что в последние годы в обществе больше говорят об инклюзии. И я надеюсь, что следующее поколение будет воспринимать людей с инвалидностью просто как равных членов общества. 

Еще очень часто люди хотят помочь, но не знают как. Например, бывает, что человек молча подходит, берет меня за руку или начинает куда-то вести без предупреждения. Так делать не нужно. Самый простой и правильный способ помочь — сначала спросить, нужна ли помощь вообще. Если незрячий человек ответит «да», достаточно предложить ему свой локоть. Человек возьмется и будет идти рядом. Это безопасно и удобно для всех. А при сопровождении достаточно просто предупреждать о препятствиях: сказать, что впереди ступенька, лужа или бордюр.

Другая вещь, которую многие не понимают, связана с мифами о незрячих людях. Существует мнение, что если человек потерял зрение, то у него автоматически появляются какие-то сверхъестественные слух или обоняние. Это не так. Я не слышу то, чего не слышат другие люди, но из-за отсутствия зрения мое внимание больше концентрируется на звуках, запахах и тактильных ощущениях. Незрячие люди просто используют слух более осознанно. 

Если говорить о том, что власти могли бы поменять прямо сейчас, то мой ответ простой — нужно сделать транспорт доступным для незрячих людей. Нужны внешние динамики, которые будут озвучивать номер автобуса и маршрут при подъезде к остановке, а также объявления остановок внутри салона. В Костанае эти решения уже работают, а значит их можно реализовать и в Усть-Каменогорске. Доступность начинается не с больших реформ, а с простых вещей, которые позволяют человеку выйти из дома, сесть в автобус и добраться куда нужно.

 

   

Обложка: vsemilove / Instagram